Роман Резницкий

Фото: Таня @ilikephoto.studio, ассистент Елена Степанян | Интервью: Юля yb@4lovek.com и Александра am@4lovek.com

Досье:

Легко срывается и переезжает.
Имеет дар очаровывать.
Сделал пластическую операцию.
Читает лекции по современному искусству.
Не совмещает работу и творчество.
В сети: reznitskiygallery.comtimesnewroman.ru@reznitskiygallery 

Когда нашего сегодняшнего героя — Романа Резницкого — просят рассказать о себе — он легко и непринужденно характеризует себя простыми 8 предложениями: «Еврей, авантюрист, роматик. Талантлив и нагл. Неплохо смотрюсь в одежде и без. Слежу за модой и собой. Не богат, но получаю от жизни максимум. Знаю, чего хотят женщины. Люблю секс, искусство и водку. С чувством юмора и съёмной квартирой в центре Москвы». И это далеко не весь список, чем он может быть интересен и готов поделиться: о поп-арте, самореализации и жизни в мегаполисах.

Look1_1

Расскажи, чем ты занимался до того как нашел свое любимое дело и призвание?
Мой отец всегда хотел, чтобы я стал лётчиком, но я специально провалил экзамены, чтобы туда не поступать, а точнее вообще на них не пошел (улыбается). В общей сложности я отучился 10 лет: на архитектуре, на модельера и дизайнера. В Питере я занимался много чем: ставил показы, работал дизайнером, а последняя моя работа была в ФК «Зенит», где я занимался рекламой. Потом случилась поездка в Москву, за музой, в один день, бросив все и оставив друзей.


Архангел Гавриил спустился на землю и одному мужчине за его хорошие поступки предложил выбрать деньги или мудрость. Тот выбрал мудрость, а через несколько лет, и он сказал: «надо было брать деньги». Я выбрал сразу деньги, а «мудрость» была в процессе.

 

Сейчас ты пишешь картины в стиле «поп-арт». С чего началось твое увлечение и как ты определился со стилем?
На тот момент, когда я стал писать, я встречался с девушкой, которая однажды попросила, чтобы я написал ей картину. К тому времени у меня уже стоял холст года три, были краски, и за плечами пройденная художественная школа. И я решил попробовать.
Я очень прагматично подошел к своему стилю, хотя умею рисовать академический рисунок, но последние 15 лет я рисовал только на компьютере — краски и карандаши вообще не брал в руки. Я выбрал для картины формат квадрата: квадрат идеально вписывается интерьер, два квадрата — прямоугольник, если крутить квадрат — это круг, а из него — треугольник. Это идеальная фигура, которая даже подходит под инстаграм (улыбается). Потом я определился, что краски будут яркими, как моя жизнь: ведь я постоянно влипаю в какие-то интересные истории. С темой я сразу решил, что это будут обнаженные женщины — натюрморты и пейзажи буду рисовать в старости (смеётся).

Когда я определялся со стилем, то отталкивался от своей музы, которую я дома ласково называл «попа» (смеётся), а она меня – «арт», так как я был творческим человеком, делал вечеринки и много чего еще. В итоге я соединил эти два слова, получился «Поп-Арт». Моя первая выставка так и называлась «От поп до арт». Стилистика поп-арта предполагает собой яркие вещи и раскраски. Так я стал писать и понял, что этим можно зарабатывать. Но совмещать работу и творчество мне не удалось: я понял, что если ты профессионально занимаешься искусством, то надо посещать галереи, выставки, писать картины, искать идеи, и это нельзя никак совмещать с другой деятельностью. Так, проработав около года в Москве на позиции арт-директора Wildberries, я оставил работу и занялся творчеством.


Я всегда и везде говорю, что мой «поп-арт» не от слова «популярный».

Ты с легкостью меняешь города и места, где ты живешь. Средняя Азия, Новгород, Питер, сейчас Москва. Это непостоянство или поиск?
Люди неисправимы в глобальном смысле, но их меняет их окружение, другие люди и события, происходящие с ними. В Петербурге я был неизвестен, но любил тусоваться и знал определенную прослойку: певцов, актеров, художников, модельеров. Но мне хотелось новых людей, новые театры, новые книги. Здесь абсолютно другие постановки в театре, другие люди, заточенные на бизнес, нежели в Петербурге, где все более медленные и флегматичные. Как только я поселился на 35-м этаже на Беговой, я сразу стал москвичом (смеётся). Мне нравится Москва, нравится её ритм. Я поселился в центре, чтобы все прочувствовать изнутри. За этот год я сходил почти на все выставки и во все театры. Но через несколько лет я вижу себя в Лондоне: он более деловой и культурный, там великие писатели, театральные постановки. Этот город мне близок с культурной точки зрения.

Москва для меня сейчас просто трамплин, связи, пиар. Здесь я делаю всё сам: пишу, печатаюсь в изданиях, выставляюсь, ставлю планку цены на картины и не снижаю её, ищу связи и пути развития. Мне все нравится изучать и делать самому, и, конечно – быть пиарщиком. Хороший пиарщик — это харизма и профессионализм: с харизмой у меня все хорошо, а профессионализм приходит с опытом.

Look3


Есть люди, которые как родинка на одном месте, а я как прыщик — перемещаюсь по телу. В Москве я позиционируюсь как петербургский художник, а в Петербурге — как московский художник.

Ты упомянул, что ты планируешь для развития выбрать Лондон. Ты рисуешь поп-арт — почему тогда не Америка, где это направление очень популярно?
Лондон — это арт-бизнес, это галереи, а я хочу подойти с точки зрения бизнеса. Если ты востребован в крупных галереях, то ты востребован во всем мире. Лондон — это центр бизнеса, он ближе мне по энергетике — я люблю питерскую серость, ведь я там почти 15 лет прожил. Конечно, мои основные клиенты живут в Лос-Анджелесе, где море, солнце, в их домах эротика хорошо вписывается. Мне обещают там организовать выставку.

Сколько у тебя есть работ на текущий момент? Ты пишешь сериями или в зависимости от настроения?
За год с лишним у меня 25 работ, все квадратные метр на метр. Средняя стоимость картины – 100 000 рублей, то есть 100 рублей за 1 кв. см (смеётся). Я не рисую заказ, но иду на компромиссы. Создание работы начинается с наброска в блокноте. Я фиксирую идеи, у меня их много, но не все реализованы. Потом я рисую это на компьютере, так как владею программами. Я не вижу в этом ничего плохого, потому что все художники применяли блага цивилизации в своей работе. Но мне доставляет удовольствие переносить потом все это карандашом на холст. В своих работах я использую всего 6 цветов: красный, голубой, жёлтый, зелёный, чёрный, ну и белый. Даже логотип, который я вписываю, сделан в виде квадрата, черный — по три буквы REZ-NIT-SKY. Это моя отличительная философия, чтобы я не только по цветам запоминался.


Мне очень нравится как писать картины, придумывать идеи, так и заниматься пиаром себя. Я — арт-менеджер самого себя, мне нравиться знакомиться с интересными людьми и галеристами.

Такой стиль в искусстве достаточно специфический, но не всем понятен. Много ли людей, которые интересуются таким видом искусства и покупают твои работы, и кто они?
Скажу, что большинству этот стиль нравится, но не многие бы у себя его повесили. У нас все еще есть предубеждения, что это всё-таки эротика, а «у меня дети». Но скажу ещё раз, что я не перехожу грань, у меня только попы (смеётся). Опять же, всё это до поры до времени, пока я не стану известным, потому что эти границы стираются, когда ты становишься востребованным. Ту же «Данаю» ребенок воспринимает нормально, не как что-то пошлое, если правильно его воспитывать. В основном у меня покупает Америка, Израиль, Европа, те страны, где больше моря, солнца, где белые стены — там картины вписываются хорошо. Все хотят яркое пятно, и я его даю. Один из методов продвижения моих работ — через дизайнеров интерьера. Я им даю свои картины, и они их сразу вписывают в проект, на стадии согласования с заказчиком. И это выстреливает, потому что человек уже видит в своей квартире эту картину.


В России моих работ продается немного — у нас намного меньше солнца, и цена не маленькая.

Я стараюсь рисовать не просто так, а нести определенную философию. Известное выражение «Я художник, я так вижу» наверное применимо и ко мне. В дальнейшем у меня есть идея запуска своей линии одежды. Дизайнеры одежды уже предлагают использовать мои принты в коллекциях, но я им отказываю. Сейчас я сам запускаю линейки чехлов и футболок, но я не хочу заниматься продажами. Я скорее продаю лицензию — хочу зарабатывать на royalty, но не уходить совсем в бизнес, чтобы было больше времени на творчество. И конечно, те же чехлы — это пиар моих картин и моего бренда.

Look4

Пытался ли ты пробовать себя в другом жанре?
Нет, не пробовал. Пока работаю в стиле поп-арт, и мне это нравится. Я не знаю сколько это всё продлится — 2 года или 5 лет. По опыту все художники начинали в одном стиле, а заканчивали, как импрессионисты — в разных стилях. Куда я перейду или уйду, не знаю. Хотя сейчас я буду делать графику, потому что всегда востребовано что-то не очень яркое, более консервативное. И это будет стиль пуантуализм — рисунок тычками, с использованием линеров и гелевых ручек. Тем не менее в новой графике останутся женщины и поп-арт, там будут, наверное, мультяшные герои в связке с обнажёнными девушками.


Многие, кто видел мои эскизы в стиле пуантуализм, говорят, что это может еще сильнее выстрелить, чем мой поп-арт.

В наше время многие направления искусства уходят в digital. А писать картины — это ручная работа. Ты видишь для себя такой переход и адаптацию под спрос рынка?

Я вообще не вижу себя в digital. Я воспринимаю это как искусство, но как поверхностное. Даже если мне предложат переложить мои работы в формат диджитал — я откажусь и буду настаивать на своем формате. Но я могу пойти и на какие-то уступки. Всё рождается в переговорах, в диалоге, а я не категоричен, я — за диалог. Хотя я и веду инстаграм, в котором выкладываю фото своих картин, но — это пиар, а не перевод моих работ в другой формат.

Есть ли у тебя сейчас интересные проекты с твоими работами или предложения об их использовании?
Я работаю в двух направлениях — когда я сам создаю идею, отправляю и обсуждаю её с заинтересованными лицами, и когда выходят на меня. Сейчас мне интересно поработать с глянцем. Недавно я обратился в журналы Maxim, GQ, Esquire по использованию моих работ в их фотосессиях. Так я пытаюсь продавать свои картины и делать продакт плейсмент. Я общаюсь с интернет-магазином Aizel по поводу декорирования одной из стен магазина. Для меня это интересная идея сотрудничества и возможность пиара. Они попросили минимум эротики, но я не ухожу от своего стиля. Для каждого творческого человека самое главное — самореализация. Для многих мужчин самореализация происходит по-разному: через власть, бизнес, деньги… Я хочу реализоваться творчески.

Когда я работал дизайнером, то мои творения всегда быстро забывались. Это не тщеславие, но оставляя свой логотип на картине, я думаю о том, что это будет где-то висит, мне приятно, когда люди покупают мои картины. Я люблю сидеть и слушать, что люди обо мне говорят. Например, когда Федор Елютин — продюсер проекта Remote Moscow — стал фотографироваться на фоне моих картин, я с ним пообщался и предложил мою выставку задействовать в его проекте в Петербурге. Мне нравится рисовать и что-то для коммерческих компаний. Например, недавно был бум в Москве с «Девочкой с персиками» Серова, и у меня сразу возникла идея картины «Девочка с презиками», на которой раскиданы на столе упаковки, это больше стеб. Само название очень созвучно, и в данном случае я пошёл от названия. Нарисовав её, я закину нашим известным производителям презервативов — Masculan, Durex, Contex. Мне кажется, что для переговорной в их офисе большая метровая картина будет смотреться под стать. Я не хочу заработать миллионы — они мне не нужны. Я человек, который хочет спокойно перемещаться по миру, и не чувствовать дискомфорта.


Творческая реализация — это быть востребованным, когда что-то после тебя останется.

Планируются ли у тебя в ближайшее время какие-то выставки?
Да, из ближайших — в Петербурге планируется выставка-продажа-аукцион в сети ресторанов Vinostudia в конце апреля. Пока мне не интересны хипстерские площадки, чтобы выставиться для галочки. Я хочу свою серьезную выставку, причем зарубежом. Сейчас обсуждаю проведение выставки в конце лета в Израиле. Также хотел бы выйти на арт-рынок Лос-Анджелеса и Лондона. Мой план — сделать за 2 года выставку в Лондоне. Но чтобы к ней выйти, нужно состояться как художник. А пока кто я такой? (смеётся). Я не хочу резко вспыхнуть и упасть. Это не мой путь. К Лондону я должен подготовиться: когда я там окажусь, то уже буду знать, как себя вести, как общаться с публикой, какие интервью давать.


За свои 37 лет я много что пробовал, но именно сейчас я уверен на 100%, что я занимаюсь свои делом, и знаю, что мое творчество точно выстрелит.

Вопрос от предыдущего героя для тебя: «Какую необычную еду ты когда-либо ел, но не решился бы посоветовать её другому?»
Есть утверждение, что художник должен быть голодным. Во времена моей юности в общежитии мне приходилось есть макароны с сахаром, чего я сейчас никому не посоветую даже пробовать (смеётся).

Look5

Чтобы ты хотел узнать у следующего героя?
Какой ваш идеальный завтрак?

Герой рекомендует:

Тель-Авив: район Яффо
Лондон: Camden Lock Market
Острова Гили
Стамбул: При́нцевы острова
Самарканд: Центральный рынок

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s